Алкогольный юмор

Женя, наш командир корабля, был необычайно честным и щепетильным человеком. Полагающиеся кораблю ежемесячные 5 л спирта (да знаю я, что шило выписывают в кг, но получают-то всегда в литрах. Был у нас один умник, приперся на склад со своим безменом, все тщательно отмерил и потом до конца военно-морской биографии получал жидкость с запахом спирта и вкусом протухшей резины), Женя честно делил их на 2 равные части - в командирскую заначку и на корабельные нужды. Ввиду своей щепетильности, то, что полагалось всему обществу он доливал водой - на случай внезапной проверки. Через некоторое время по какой-то причине емкость с заначкой оказывалась пуста. В этот момент кэпа всегда охватывало чувство горького изумления - на кой ляд хранить в сейфе 5 л крепкой водки, когда достаточно иметь жижку по крепости значительно превосходящую портвейн «Три топора»? Для устранения сией вопиющей несправедливости, он снова проделывал ту же операцию, неизменно доливая корабельный запас водой на случай проверки. Короче, эти манипуляции продолжались до тех пор, пока в анкерке не оставалась чистая Н2О, а тут и месяц заканчивался, можно было посылать гонца за новой порцайкой. Надо сказать, что все дивизионные зубры, как-то: дивмех, диварт, дивмин и начальник штаба прекрасно знали о Жениной щепетильности и в день пополнения запасов всегда подтягивались к первоисточнику «на чистяк», зная, что если прозеваешь, будешь потом пить бурду.

Как-то раз, аккурат в один из таких счастливых дней пополнения запасов, собрал наш зам на юте весь экипаж для произнесения очередной программной речи. Был он хохлом с висячим как банан носом и подковообразными гуцульскими усами, а речь его воспринималась как бесконечное: «Мы-ы-ынь, мы-ы-ынь, мы-ы-ы-ынь» - точь-в-точь игра на бурятском комузе. К тому времени дивизионные зубры уже собрались в каюте кэпа, прошел и гонец с заветным анкерком. Тут же раздались три звонка и через пару секунд на ют как чертик из коробки выскочил дежурный по кораблю (если кто не знает, на кораблях 3 ранга эту почетную должность исполняет старшина какой-нибудь статьи, а то и простой зяма из старослужащих) и бодро отрапортовал: «Тащ …, командир срочно требует баталера». (На корабле баталер заведует съестными припасами - огурчики, лучок, хлебушко и пр. закусон). Видать мозги зама настолько затуманились от собственных завываний, что он только махнул рукой и буркнул: «Подождет». Через пару минут дежурный выскочил на ют с нарушениями формы одежды средней степени тяжести и буквально возопил: «Тащ …, командир ОЧЕНЬ СРОЧНО требует баталера!!!». Наверное у зама искра сознания в землю ушла, иначе как объяснить его ответную реплику: «Если бы командир принимал роды, а баталер мог ему помочь, я бы его прислал, а так - подождет. » Много ли зяме надо? Дежурный явился в каюту и доложил: «Тащ командир, зам сказал, что если б вы рожали, а баталер у вас роды принимал, он бы вам его прислал, а так - велел подождать». Мгновение спустя стальная дверь со свистом распахнулась и отсалютовала в переборку. На ют пулей вылетел кэп с галстуком висящим на одной булавке, распахнутой до пупа рубашке, с мордой цвета «хоть прикуривай» (пробу-то уже сняли) и заревел: «З-А-А-А-А-М!!! КТО ТУТ РОЖАЕТ?!!!!». Ну дальше, по законам жанра занавес. К чести зама, не прошло и получаса, как он снова собрал весь экипаж на юте и продолжил свои «Мы-ы-ынь, мы-ы-ынь, мы-ы-ы-ынь», несмотря на имеющиеся у него нарушения формы одежды средней тяжести.